Одна нота
может изменить симфонию

Лучше чем вчера... Автор Татьяна Глаголева

Лучше, чем вчера… Автор Татьяна Глаголева

- Ты должна произвести впечатление на судей, - объявил Стас,  – Зацепить взгляды. А судьи там будут самые топовые! Они выносят свои вердикты на разных турнирах почти еженедельно по всему миру. Это - зубры! Мечты не одной пары разбились об эти ледяные глыбы.

- Так что же делать? – растерянно спросила Вика.

- По крайней мере не повторять, как заведенная, что ты – «звезда».

Высокий светловолосый молодой человек отошел в глубь зала, чтобы выбрать музыкальное сопровождение для отработки следующей вариации.

- Ты же знаешь прекрасно, что я так сама себя уговариваю, - смутившись, тихо пробормотала Вика, - ты сам говорил, что главное – это показать свою уверенность, а где ее взять, когда каждый выход на паркет для меня как прыжок с парашютом.

Семь лет назад, когда Виктория Евгеньевна впервые попробовала это как авантюру в день своего сорокалетия, она и представить себе не могла, что это так затянет. Но до сих пор каждый раз, выходя на турнир, чувствовала себя совершенно убогой по сравнению с этими шикарными латинистками, у которых в танце живет каждая клеточка тела, совершенно естественно выражая все оттенки румбы или самбы. И каждый раз ей хотелось спрятаться, зарыться, закрыться в домике…

Зазвучали тягучие волнующие звуки румбы, и Вика, пыхтя изо всех сил, стараясь не терять баланс, вытягивая носок, стала медленно выводить ногу вперед… Бедро, которое требовалось держать на этом шаге румбы высоким, предательски опускалось. Но силуэт в огромном зеркале Виктории, тем не менее, нравился. На нее смотрела стройная, подтянутая молодая женщина, а не тетя в возрасте с мешками под глазами, какой она себя считала. «Я – звезда!» - упрямо пробормотала она себе под нос.

- Коленку выпрями, звезда! – не оборачиваясь, из другого конца зала строго изрек молодой человек.

- Но как, Стас?? Ты ж не смотришь?

- А и смотреть не надо. Ты все время забываешь здесь ее выпрямить. Учти, это самое первое, что бросается судьям в глаза – согнутые колени! Ну стыдно на мелочах погореть в таком месте. Это все-таки - Блэкпул!

- Делай скидку на возраст. Это тебе, человеку, который танцевать начал раньше, чем говорить, кажется все логично: лопатка, бедро, стопа, где-то там еще по дороге ведущая сторона и только потом шаг. А для нормального офисного человека, все эти шестеренки так не стыкуются.

- Хватит болтать, работаем, – Стас взял Викторию за руку, и пара плавно задвигалась в такт музыке…

Спустя полтора часа, сидя в раздевалке, Виктория быстро, стараясь ничего не забыть писала в планшете: «…потом резко вниз, при этом левая рука раскрывается как правая. Корпус вниз и вперед…» До британского Блэкпула – самого престижного турнира бальных танцев оставалось всего полтора месяца, а Вика из пяти латиноамериканских танцев вариации хорошо знала только по трем. Пасодобль они со Стасом, ее профессиональным танцором-тренером, решили сделать абсолютно новый, ну и джайв наполовину изменили. О том, как успеть за такой короткий промежуток времени все это не только запомнить, но и отработать, Вика старалась не думать. Особенно пугала ее физическая форма. Дыхалки катастрофически не хватало на пять танцев подряд. По-хорошему нужно было хотя бы раз в неделю в спортзал – на беговую дорожку…  Однако ежедневная двухчасовая дорога на работу утром и вечером, плюс собственно танцевальные тренировки 3-4 раза в неделю, сон - не больше пяти часов в будни…На работе – горячая пора: предложения по бюджетным проектировкам на трехлетку. Спортзал в расписание не вписывался ни под каким соусом. Приходя домой, Виктория с трудом доползала до кровати. «Ты не засыпаешь, ты теряешь сознание», -  говорил муж: «…и тут же во сне прыгаешь свой джайв, брыкаясь как подстреленная лань…»

Тренировочный апрель пролетел незаметно, а за ним прошумели и майские праздники, и вот уже Вика сидела у подножия знаменитой Блэкпульской башни, ждала Стаса, который побежал в отель за забытым телефоном. Городок был уютный, крохотный, слегка «потрепанный временем», лежал как в сказке «у самого синего моря…» Разноцветные двухэтажные домики напоминали любимый в детстве фильм про Мэри Поппинс. «Полгода - плохая погода…», - звучало в голове у Вики. Майская погода не располагала к купанию, но хотелось гулять, вдыхать этот потрясающий теплый воздух. Огромные чайки то позировали гуляющим по набережной танцорам, то взлетали, напуганные чрезмерным вниманием, размахивая серыми с рыжеватыми прожилками крыльями. То, что вокруг - одни танцоры, было очевидно. Девушки гуляли в перерыве между утренним и вечерним выходом в ярком танцевальном раскрасе с огромными наклеенными стразами в прическах. Иногда по узеньким тротуарам дефилировали стандартистки в своих платьях в пол в перьях и стразах. Никого из местных это не удивляло. Привыкли… Город оживал во время турниров за счет танцоров. Девчонки поделились, что раздевалка на турнире общая. Спортсмены к этому привыкли, у них это частенько встречается. А вот в Про-Ам… Не каждая женщина в возрасте спокойно могла переодеваться при молодых людях (пусть даже им нет до тебя дела). Вика со всеми своими комплексами поняла, что завтра тоже придется шарахаться в платье от отеля до зала. «Оденусь в отеле, зато не буду переживать по поводу платья», - вздохнула Вика.

Женщина вспомнила «казус» двухлетней давности. Новая латина ярко-красного цвета, летящая на скрутках. И шок от увиденного в раздевалке – два огромных пореза через всю юбку. Просто какой-то дешевый триллер. В Про-Ам вроде бы все дамы дружат… Есть конечно отдельные личности. Они не помогут застегнуть тебе платье, не скажут пару одобрительных слов. На паркете обязательно поперек дороги продефилируют на полном скаку, что ты сразу всю свою вариацию забудешь напрочь. Но в основном «Амочки» – не такие. Милая, всегда улыбчивая Аня и помогла тогда. Пока Виктория рыдала над своим сокровищем, Анюта взяла ножницы и сделала еще несколько огромных разрезов на юбке, встряхнула свою работу и показала, что это новый вариант, эдакая широкая бахрома, которая будет смотреться на паркете еще живее. Виктория тогда с лёту в финал вошла. Разозлилась сильно… Злость иногда помогает. Если нет спортивной злости, на передовую выходят все твои комплексы…

…На следующий день ровно в девять утра Виктория в облегающем изумрудном платье и, как говорят девчонки, «в образе», ну то есть с боевым латинским макияжем и умопомрачительной секси-укладкой на голове, ради которых пришлось, как обычно, подорваться в 3-30 утра, с замиранием сердца вошла в огромный Имперский зал, сверкающий великолепием массивных хрустальных люстр и позолоченным сводчатым потолком. На паркете блистали, искрили, парили танцевальные пары. При первом же вдохе Виктория зажмурилась – пахло кокосовыми шоколадками. Запах автозагара, которым щедро поливают себя латинистки для завершения образа. Сегодня здесь жаркие ритмы! Осторожно вытянув ножку, Вика с краешку попробовала паркет, сердце учащенно забилось, обгоняя ритм звучащего джайва.

…Спустя чуть больше четверти часа, когда кровь в висках стучала как пулемет,  руки-ноги тряслись, нашатырь практически не помогал, Виктория осознала, что это был полный провал. Она смутно помнила, как начинала ча-чу на негнущихся ногах, как запуталась на самбе, какая тяжелая была в румбе... Суровый взгляд тренера-партнера был невыносим. «Лучше бы наорал!» - подумала Вика и бросилась в дамскую комнату. Она смотрела в потолок, стараясь не моргать, чтобы не размазать дорогущий макияж. «Ну почему??? Что не так?? Я ведь могла… У меня получалось… А тут все наперекосяк… Посыпалось даже там, где никогда не сыпалось… Господи, там ТАКИЕ девчонки!!! И ведь у них даже дыхание не сбилось… Как я там рядом с ними убого смотрелась!…Как стыдно… Я больше не пойду туда…Я не могу, не могу…» - а слезы все лились и лились тонкими струйками…

- Я не знаю, что это было…, - пробормотала она своему строгому наставнику, вернувшись в зал к вечернему отделению.

- Послушай меня внимательно, - взяв ее за руки, начал Стас. – ты впервые в самом знаменитом зале. На паркете лучшие пары со всего мира. Растерянность – это нормально. Мы танцуем с раннего утра. Организм еще не проснулся – это тоже нормально. Синглы - всегда как разминка. Это тоже ты знаешь.  Твоя задача - просто собраться сейчас, забыть о том, что было утром и сделать все, как ты можешь. Как мы делали на тренировках. Забудь, что это соревнование. Слушай музыку. Играет лучший оркестр! Посмотри, как здесь красиво! Ты в чудесном платье! Улыбнись и вспомни, как ты об этом мечтала. Просто оказаться здесь. Давай станцуем в удовольствие: от музыки, от этой атмосферы…

Вика вдруг вспомнила, как на одном из турниров бойфренд ее дочери спросил: «А почему здесь все парни одеты как Антонио Бандерас?..»

- Пойдем, мой Бандерас, наш выход - улыбнулась Вика.

И вечер завертелся блестящим фейерверком, сменяя яркие лучистые картинки, обозначая маленькие вспышки счастья… Когда после одной восьмой она услышала от своего немногословного тренера тихое и короткое - «Да!». Когда после полуфинала все бежали к висящему листочку, и в списках вошедших в финал она, не дыша от волнения, прочла и свою фамилию… Когда после горячего пасодобля, ей страстно аплодировал какой-то пожилой итальянец: «Bella! Bella!» Когда на джайве сердце стучало уже где-то у горла, но от горящих глаз зрителей, которые аплодировали ей и кричали «Давай-давай!», вдруг открылось второе дыхание, и появились те самые эмоции, а на поклоне она прочитала по губам: «Вы – молодец!!»  Когда незнакомые люди подходили и говорили: «Вы – очень гармоничная пара! Мы болели только за вас!»

…Вы спросите, что же было дальше? Нет, Виктория не взяла кубок. Это все-таки не сказка… Дальше была сальса... У моря… Они кружились на песке под зажигательные карибские ритмы, крики чаек и аплодисменты юных англичанок. Огромное ярко-оранжевое солнце тонуло за горизонтом, чтобы вынырнуть где-то на другом краю земли. Где-то на Карибах…